Воскресенье, 19.09.2021, 13:40
Приветствую Вас Гость | RSS

АВАНГАРД     Газета Вавожского района

Главная » 2015 » Сентябрь » 29 » Мы любили его за троих
10:09
Мы любили его за троих

Дед Михаил Васильевич Щеников хотел добровольцем уйти на фронт, но вместо этого его отправили охранять зэков в зоне. Вернулся больным и через год после войны умер. 
Дед Василий Дмитриевич Рудин ушел добровольцем на фронт, погиб в 1944 году. Незадолго до гибели он писал моей бабушке Евдокии Терентьевне: «Если я не вернусь, можешь выйти замуж, это твое дело. Но пусть сыночки больше никого не зовут папкой».
Третий дед – Иван Иванович Комиссаров. Он всех своих внуков любил за троих: за себя, за деда Васю и деда Мишу. И мы его также любили за всех троих. И только его мы звали дедушкой. Бабушка познакомилась с Иваном после войны, когда он лежал в больнице после операции, а она работала медсестрой. Дед стал часто приходить к ним в дом. Молча посидит на лавочке, также молча сделает тяжелую мужскую работу и уйдет.
Однажды Старенькая Бабушка (так мы звали мою прабабушку), всегда косившаяся на Ивана Ивановича, сказала: «Испеки-ка, Дуня, пирогов. Да позови Ивана». Тогда впервые она усадила его за стол и наказала ребятам Боре и Лене: «Не мешайте матери, человек-то он хороший». Так и стали они жить вместе. 
Бывало, чтоб подзаработать денег и продуктов (голодное было время), дед с мужиками отправлялся в Кировскую область. Раз как-то мужики вернулись без него. Он задержался, найдя выгодную работу. А в это время начался разлив, лодку для переправы найти не удалось, и дед много верст шел пешком с огромным мешком с продуктами на плечах. 
Многие удивлялись: чего он для неродных детей так старается? Дети Боря и Леня звали его Иван Ивановичем. В детстве я часто просила дедушку рассказать о войне. Его обычно ласковая улыбка моментально гасла, глаза туманились. «Не могу… тяжело… Больно вспоминать», - отвечал он и отворачивался. Только перед самой смертью он чуть-чуть раскрылся. Сначала воевал в Финскую, а перед Отечественной войной дед служил на одном из приграничных аэродромов. В первый день войны, когда началась внезапная бомбежка аэродрома, все оружие почему-то оказалось взаперти. От бомб взрывались самолеты, горел арсенал. Все бросились в лес. Долго скитались по лесу солдаты. Оборванные, голодные, они искали выход к своим частям. Вдруг, откуда ни возьмись, выскочил какой-то лейтенант, приказал следовать за ним. И вывел… прямо к немцам. 
Так дед оказался в лагере для военнопленных в Прибалтике. Особо лютовали почему-то русские полицаи. Кормили плохо: одна буханка хлеба в день на 10 человек. Люди умирали, как мухи от поноса, от голода, от болезней, от отчаяния. У дедушки были хорошие командирские часы. Он их отдал какому-то полицаю, чтобы тот вывел его из лагеря. Тот и вывел… в другой концлагерь. Деда переводили из одного концлагеря в другой, в третий… Сколько лагерей он прошел, я не знаю. Освободили его американцы.
Дед вернулся на Родину и попал под трибунал. В наказание его сослали в один из леспромхозов Удмуртии.
Больше Иван Иванович ничего рассказать не успел. Он был очень болен и устал. А я за давностью лет даже забыла название концлагерей, где он был. Один из них был, кажется, Заксенхаузен. Я не верила, что он умрет. Я думала, что дедушка будет жить вечно.
В последние дни своей жизни он, как и дедушка Вася, переживал, как бабушка будет копать картошку…

Надежда ШИРОКИХ

Просмотров: 368 | Добавил: avangard-vavozh | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Форма входа

Поиск

Календарь

«  Сентябрь 2015  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

Наш опрос

Как Вы боретесь с экономическим кризисом?
Всего ответов: 51

Мини-чат

Статистика


Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0